Очередной, 7-й фестиваль экспериментального искусства в
Манеже обернулся очередным экспериментом над зрителем. Массовое нашествие в
Петербург около ста художников из 29 стран мира, включая такие экзотичные
страны как Ирак и Япония, должно было вылиться в пиршество гурманов, где
главное блюдо фестиваля - проект известного куратора из Италии Энцо Форнаро, но
которое так и не смогли подать, лишь подразнив аппетитными запахами. В
противовес итальянскому проекту главным фаворитом оказалась Япония, в лице довольно
известного на своей родине художника Кацу Янаги, которого на фестивале
представила Марина Колдобская, директор ГЦСИ.
К Янаги в стране восходящего солнца обращаются уважительно: «сэнсей
Янаги», где гуру искусства дзен-будизма в своем небольшом музее и в окружении
дикой природы учит созерцанию и внутренней свободе. В Манеже Янаги развернет,
по словам организаторов, мощный перфоманс, создав огромную экспрессивную
живописную композицию соединив элементы абстракции и традицию японской
каллиграфии. В это действо будет вплетено музыкальное сопровождение и пластика
японской танцовщицы Йошико Суэн.
Удручающее впечатление производит полупустое пространство
первого этажа. Вырванным глазом зияла пустота несостоявшегося проекта. Лишь
ароматом далекой красоты веяло от фотографий из буклетов МарииЛуизы Тадеи и растерянная
улыбка этого мастера пространственных композиций напоминала, что за возможность
прикоснуться к красоте еще придется побороться, чтобы увидеть ее в этих стенах.
Толпы любопытных у стенда Люминографического общества с
азартом крутили педали перевернутого велосипеда, рисующего горящими лампочками
световые зайчики на стенах; небольшое общество фотографов, которые рисуют
длинными выдержками свет, превращая огни ночного города в своеобразную
абстракцию, где, в зависимости от мастерства, этот свет на картинке то пульсирует
тяжелыми структурами, то легкими завораживающими образами.
Дерзкую инсталляцию муляжа мужского члена, который парится
над тазиком, навеянную стихами куртуазного маньериста, соорудил Джон Джонович, как он себя представил или Джон
Полищук - согласно табличке. Не считая зазорным и пошлым выражать свои образы в
такой художественной манере, художник пытается провоцировать сознание присутствующих
дерзким самовыражением. Наглядная иллюстрация к стихам - обдуманный шаг к
воплощению достаточно реального образа, нацеленного на осязательную и тактильную
реакцию и потому трогать все это не возбраняется и даже поощряется. Девушкам можно
не опасаться и даже где-то не стесняться, ибо искусство экспериментальное требует
смелых экспериментов, о чем лукаво настаивает автор.
Перфоманс «Прикосновение» - финская художницы Паулу Салмела.
За черной ширмой спрятано что-то странное, его загадочность и непонятность
завораживает и зритель, как маленький ребенок, сует свое любопытство в
неизвестность черного тесного пространства. И оно вознаграждено: страх
преодолен и он видит... прикосновение. Художница предлагает исследовать это
чувство...
А дальше, как всегда, объекты и субъекты, призванные
настроить зрителя на другое восприятие и на другие ценности, где все движется,
крутиться, вздыхает и даже издает звуки. Экспериментальное искусство предлагает
экспериментировать и исследовать самого себя, быть хирургами и физиками,
вскрывать и потрошить этот мир и свое собственное восприятие его, как новую и неизвестную
игрушку. Мир детства вспыхивает в неожиданном ключе, и мы становимся детьми,
играющими вместе со всеми, кто называет себя художниками, а свое искусство
экспериментальным.
И что же дальше?
А дальше второй этаж, утопающий в солнечном свете.
И очередные визуальные эксперименты.
Черное и красное, круглое и квадратное - размышления о
квадрате русской художницы Ксении Копыловой. Исследование формы и ее цвета,
круглого и квадратного, шар как дополнение, как попытка отражения куба. Не зная
круга, мы не можем познать квадрат.
Единство противоположностей, которое притягивает своей неумолимой мощью закона,
своей гармонией... и вечной загадкой. Творческое исследование этого феномена
волнует и будоражит молодую художницу, ее попытки осмысления обретают ту степень
формы, где буквальность форм соединена в степень философского озарения и сила
власти, как пристальное внимание к этой композиции, пусть немногих, заставляет
вглядываться и раздумывать о тех причинах, где творчество и схема пытаются
говорить о высших измерениях пространства. Не все гармонично, но попытка
удалась. Огонь пространства и его лоно - абсолютная тьма, - тот мир идей, в
который робко, но уже настойчиво заглядывает искусство, как творческое
осмысление нашего высшего «Я».
Что ж, успехов!
Морально мы готовы, а физически еще не хотим. Не в этом ли
противоречии застряла наша недоученная способность к восприятию? Кто, как не
художник, может нас заставить остановить свое внимание на его дерзком и, порой,
эпатажном выплеске в творчестве, чтобы, тем самым, пронять наши чувства тем
свежим и острым, что зовется новизной? Не пора ли нам с вами оценить не то, как
это сделано, а то, для чего оно состоялось и, заглянув в собственные потемки
своего сознания, обрести первые искорки того, что заставит несколько по-иному,
творчески подойти и к себе и к своим мыслям и своим делам? Кто-то фыркнет,
кто-то возмутиться, кто-то рассмеется, но потом...
А что потом? ...
...надежды, надежды...
7-й фестиваль экспериментального искусства. ЦВЗ Манеж - фото
|
Добавить комментарий