Кому верить?

Современное искусство опять заставляет делать то, чего пока не было. Силами города выплескивается на поверхность выставок и выставочных процессов те имена, о которых мало знаем или плохо знаем. И то и другое заставляет вглядываться в происходящее много осторожнее и не торопиться с выводами, особенно скоропалительно-поверхностными. Сюжеты и толки, формы зависти и потребительского эгоизма пытаемся превозмочь той культурой, которой пропитан сам город, не подпуская пошлость туда, где к искусству подходят вдумчиво и взвешено. Нет нужды напоминать как важно для художника мнение компетентного и умного критика и как же их мало вращается на всех выставках, где порой трудно с ходу, на бегу определить, где истина, а где ее подделка.

Сила и качество творений молодого искусства часто неоднозначны. Еще бы. Кто сможет определить те процессы, в которых идет развитие нарождающегося таланта, и кто, впопыхах, частенько ставит печать неумного приговора тем или иным начинаниям молодых и неопытных в интригах старческих умов? Хранилища идиотизма у нас полны такими плевками, где культурист от художеств, выпятив губу, толкается среди настороженных и часто уже не ждущих ничего хорошего от отпетых туристов по искусству чего-то умного и, главное, идущего от сердца, а не от злобы и попыток заработать на чужом горе. Беда невежества, своими когтями взламывает лучшее, препарирует его под смешки и улюлюканье подворотни и пытается доказать свою значимость и справедливость гонорара терминами далекими от человеческого понимания культуры. Картина достойная злобной расчетливости, а не попыток разобраться в тенденциях мирового или, хотя бы, городского искусства.

Как бы ни было, молодые творят, ибо это не остановить и не запретить и их воля в столкновениях с гнойниками старческого и тупо-злобного, в свою очередь уничтожит все, что стоит на их пути. Будем же попутчиками, не вставками в колеса, чтобы, не дай бог, чего не вышло. Наше понимание искусства должно и может складываться от происходящего в нем. Чего, чего, а это понимают мало, стремясь свои выводы делать с тех позиций, в которых, жили и умирали идеи прошлого. Их уже накопилось столько, что возникает иллюзия всепонимания живого и динамично развивающегося процесса под названием тенденции мирового искусства. Кто их видел? Кто их знает? Кто может быть уверен во всем, что творимое ему понятно вперед на сто лет? Ибо только этот срок дает хоть какое-то определение тех процессов, внутри которых болтались с тем же недоумением наши деды. Начало бойких статей грешит однообразием тупого недовольства, корни которого лежат очень далеко от истины и искусства и имя ему - простое невежество. Тяжело кланяться знаниям, трудно рыться в источниках, жуть как не хочется терять драгоценное время, потраченное на что-нибудь, кроме добычи собственного благополучия, а еще хуже терпеть, что кто-то умнее, чем ты. Мытари от искусства явили свои требования и хотят свою долю там, где, кроме плевков за свою подлость, ничего не заслужили. Что ж, будем бдительны. Хвост дураку прижать несложно. Хуже, когда умный продался. Тут уж, хоть святых выноси, уже ничего не доказать. Начало всех начал молодость. Ее превозносят, ее топчут, за ее умы и непреклонность в том, что идут до конца, идет борьба во всех углах тирании. Ее ростки, ничем не сломимые, взламывают все, что давит и пытается втоптать, ее суть революционных преобразований пугает и завораживает. Нам ли не обратить внимание на эту главную и непобедимую силу? Силу, в которой нуждаются все, силу, которая не нуждается ни в чем? Ведь, и раздавить сможет! Мораль не нужна, она не интересна. Нужно понимание. Справедливое и без сюсюканий. Честное и мужественное. Такими нас хотят видеть и за такими пойдут. Пойдут за мудростью и справедливостью. А там – как отломится. Кому хлеба кусок, а кому и подзатыльник.

По заслугам и пряники.

фоторепортаж